Одиночество многолико.
Душит, если достигнет пика.
Обнимает и дарит негу,
Если вдруг устаёшь от бега
В суете по вечному кругу,
Где событья теснят друг друга.

То проклятие, то спасение,
То внезапное вдохновение,
То отчаянье, то пророчество
Это странное одиночество:

Иногда нам даётся свыше,
Чтобы просто себя услышать.

Давно иссякла вера в чудеса.
Но год, привычно достигая края,
Расцвечивает ярко небеса,
Черты угрюмой взрослости стирая.

Стеклянные шары, сосульки в ряд,
Каскад гирлянд на магазинных полках.
А в голове который день подряд
Теснятся мысли, наряжать ли ёлку.

Подхваченный всеобщей суетой,
Вдыхая запах сочных мандаринов,
Вдруг ощущаешь радость и покой
И снова чувствуешь себя счастливым.

Глинтвейна пряный аромат.
Он согревает и тревожит.
Букет из мыслей, звуков, дат
На терпкий вкус неспешно множит.

Воспоминаний тёплых ряд.
В нём ноты радости и грусти.
Былого не вернуть назад,
Но светлые не ранят чувства.

В бокал с корицей и вином,
Помимо всех ингредиентов,
Ложится медленно на дно
Осадок трепетных моментов.

Среди шумных забав, на какие богата зима,
Есть одна, где слились в одночасье веселье и тайна.
По веленью души или, в снег повалившись случайно,
Глядя в небо, замрёшь, чтоб с восторгом раскинуть крыла.

Не имеет значенья количество прожитых лет,
Когда ноги и руки беспечно порхают по снегу,
А душа до краёв заполняется счастьем и негой,
И становится ярким и видимым внутренний свет.

Ты в сугробе лежишь, ощущая не холод - тепло,
И тихонько зажмурившись, ловишь губами снежинки.
Силуэт на снегу. Снежный ангел. Живая пружинка,
Чтоб хотя бы на миг прямо к звёздам тебя унесло.